Top.Mail.Ru
«Сталину обязан жизнью». Откровения заслуженного артиста России с пятью классами образования. Читайте новый лонгрид нашего автора!
Close
Мы используем файлы cookie для того чтобы вам было приятнее находиться на нашем сайте
Понятно
Close
Ваш тайный советник

Роман брата Ленина с Фанни Каплан

Дмитрий Ульянов и Фанни Каплан
Дмитрий Ульянов и Фанни Каплан

Вскоре после революции брат Ленина Дмитрий Ульянов стал руководителем центрального управления курортами Крыма. Проводил национализацию дворцов и поместий, преобразовывал их в санатории, разрабатывал «правила отбора» пациентов на курортное лечение.

Но не только превращение Крыма в курортный край приписывают Дмитрию Ульянову в тот период его жизни. Исследователей разного уровня, местных краеведов по-прежнему завораживает легенда о его романтической истории с… Фанни Каплан. Да-да, с той самой, которая спустя некоторое время будет стрелять в его старшего брата Владимира Ильича.

Конечно, в советский период заниматься серьезным исследованием этой темы не позволяла цензура. Тень не должна была падать ни на одного члена семьи Ульяновых. Однако что-то просачивалось в народ из воспоминаний местных революционеров, старожилов, какие-то эпизоды этих устных свидетельств фиксировали крымские краеведы.

По их рассказам, первая встреча Дмитрия и Фанни состоялась в Евпатории в 1917 году в санаторно-оздоровительном комплексе «Дом каторжан». Здесь, в приемном отделении, младший Ульянов как уездный врач вел учет вновь прибывших. А Каплан поступила сюда как бывшая каторжанка, подорвавшая здоровье в борьбе с царским режимом. И Дмитрий Ильич якобы сразу заметил молодую еврейскую красавицу. Не страшную растрепанную истеричку, какой создал ее советский кинематограф в 30-х годах («Ленин в Октябре»), а большеглазую, красиво причесанную...

А Дмитрий Ильич, по воспоминания, был тем еще дамским угодником. Да и выпить крымского вина был не дурак. Знал, как и чем развлечь молодую даму.

В Евпатории в тот год работали десятки ресторанов, кинотеатр, давали представления артисты. Да и сама атмосфера Дома каторжан была весьма специфической: с утра — политический диспут, в обед — скидывание всех одежд на пляже под эгидой пропагандистского общества «Долой стыд!», вечером — полная свобода взглядов на сексуальные отношения. Ну, после каторги и стольких лет воздержания да на южный берег под нежное солнце, да по доброму обоюдному согласию... Кто ж их теперь осудит?

В Евпатории многие подмечали, что ухаживания уездного доктора Дмитрия Ильича за Фанни были больше чем флирт. Молодая женщина расцветала, наряжалась...

А однажды они и вовсе исчезли в романтическом путешествии на мыс Тарханкут, где-то ночевали по дороге, где-то долго пропадали, а возвращались «довольными и усталыми».

Об особых отношениях этой пары остались воспоминания и в мемуарах активного проводника «красного террора» в Крыму, а впоследствии — советского хозяйственного деятеля Виктора Баранченко — автора книги о революционере Гавене. В самой книге этого, конечно, нет (все же серия ЖЗЛ!), но «не для печати» он оставил-таки воспоминания о быте и нравах «Дома каторжан», где сам бывал и где познакомился с Каплан. А жена его — Фаина Ставская — была подругой Фанни. В период «оттепели», когда Ставскую реабилитировали (все же — террористка и подруга террористки, за что и получила в 30-е годы лагеря), один из историков МГУ опубликовал часть мемуаров Баранченко под заголовком «Жизнь и гибель Фаины Ставской». Вот тогда любовная история Фанни и Дмитрия всплыла наружу вновь...

Жаль только, нет у нас на сегодня свидетельств о том, как воспринял Дмитрий Ильич страшную смерть своей бывшей подруги. Расстрелянную без суда, уже мертвую Каплан затолкали в смоляную бочку и сожгли возле Кремля...


Галина Леонтьева