Top.Mail.Ru
Тайны пищевой промышленности Ленинграда. Чем отличались продукты советского времени от сегодняшних.
Как ленинградцы питались в «годы застоя» и почему петербуржцы смогли выжить в «лихие 90-е». Читайте новый лонгрид нашего автора!
Close
Мы используем файлы cookie для того чтобы вам было приятнее находиться на нашем сайте
Понятно
Close
Ваш тайный советник
История в анекдотах и карикатурах

Приспешника режима заменили пивом

Александр Корнейчук
Фото: Александр Корнейчук. Не путать с Корнеем Чуковским


Корней Чуковский устраивал для детей, проводивших лето в писательском поселке Переделкино, посиделки с кострами. Как-то раз в разгар такого неформального общения к нему подошел очень серьезный мальчик и поинтересовался невинно: 
— Скажите, а почему вы хорошие книжки подписываете как Корней Чуковский, а плохие — как Корнейчук? 

Ныне забытый драматург Александр Корнейчук был живым классиком советской литературы. И обласканным властью. Акаде­мик, Герой Социалистичес­кого Труда, Лауреат пяти (!) Сталинс­ких премий. 

Корнейчук родился на Ук­ра­и- ­не, в семье железнодорожного мастера. С 15 лет работал путейцем, но продолжать трудовую династию не захотел — поступил на рабфак, а затем продолжил учебу в Киевском институте народного образования, где «заболел» сочинительством, и в 1925 году дебютировал очерком о Ленине «Он был велик». После института работал сценаристом на Киевской и Одесской кинофабриках. Свою первую пьесу («На грани») написал в 1929‑м, а четыре года спустя разродился драмой «Гибель эскад­ры». То был масштабный революционный миф о большевиках-черноморцах, которые топят кораб­ли, чтобы не достались немцам. Пьеса пришлась по вкусу руководству Украины, и Кор­ней­чука, как нового «украинского самородка», стали активно продвигать. В 1937‑м в пьесе «Правда» он первым из местных драматургов вывел на сцену Ленина, а год спустя состоялась первая личная встреча плодовитого автора со Стали­ным. Кор­ней­чук вождю понравился, и с тех пор его карьера неуклонно шла в гору — пьесы ставились по всей стране и переводились на языки народов СССР. Причем свое влияние в литературных и партийных кругах он сохранил и после смерти Сталина... 

Драматург ушел из жизни в 1972‑м, и вскоре его именем назвали проспект в Киеве, а затем и новую станцию метро («Проспект Корнейчука»). С обретением независимости новый украинский режим проспект и станцию метро, названные в честь «приспешника коммунистического режима», переименовал в Оболонские. В честь пива «Оболонь», как мрачно шутили киевляне.