Top.Mail.Ru
О том, как в царской России хотели выпустить деньги для неграмотных, а в советское время – деньги с Карлом Марксом и Сталиным, о художественных банкнотах, отправленных на Всемирную Парижскую выставку, о том, виды каких городов собирались разместить на современных российских купюрах, и о многом другом читайте в нашем материале «Деньги, которые так и не вышли в свет»
Close
Ваш тайный советник
Мы используем файлы cookie для того чтобы вам было приятнее находиться на нашем сайте
Понятно
Close

Больные боялись врачей и лекарств

Как земские врачи боролись с антихристом
Владимир Маковский. «На приеме у врача» (1900)
Владимир Маковский. «На приеме у врача» (1900)
Больные боялись врачей и лекарств
Как земские врачи боролись с антихристом
Владимир Маковский. «На приеме у врача» (1900)
До появления земской медицины врачебной помощи на селе почти не было. Крестьяне лечились у знахарей и бабок, а врачей и больниц боялись. В народе верили, что в лечебницах людей специально «морят» — чтобы из человеческого жира делать мази, а из «человечьих костей» — порошки. Смертность от заразных болезней была огромная. Но прививок боялись как черт ладана: в деревнях считали, что от них появляются рога и копыта. Само­отверженный труд земских врачей в буквальном смысле помог спасти нацию от вырождения.

Крепостным
в больницах мест нет
До отмены крепостного права крестьяне, составлявшие 90% населения России, никакой медпомощи фактически не получали. В больницы для бедных, которые начали появляться в городах, принимали всех — «и русских, и иностранцев, и людей всякого звания, вероисповедания и национальности», но крестьян не брали. Большинство из них были крепостными — то есть считались имуществом, о котором должен заботиться барин-собственник. Но редкий барин строил в поместье больницу, а потому крестьяне лечились у знахарей, бабок и кос­топравов.
В 1864 году в стране прошла земская реформа, в ходе которой были созданы органы местного самоуправления на селе — земства. Они получили право самостоятельно собирать часть налогов и тратить их на строительство школ, больниц, дорог.
Организация медпомощи в прямые обязанности земства не входила. На развитие земской медицины повлияли эпидемии. Гибель людей от вспышек инфекционных болезней составляла до 30−40% от общей смертности в стране! Вымирание населения вынудило земства нанимать врачей и открывать больницы.
Уезды разделили на врачебные участки. На каждый полагалась больничка примерно на 5−15 коек, амбулатория, родильное и заразное отделения, квартиры для врача и персонала. Помимо доктора, на участке могли работать еще фельдшер, акушерка, сиделки и другой персонал. Но зачастую врачу приходилось трудиться в одиночку или привлекать в помощники местных жителей.
В начале 1870‑х один участковый врач обслуживал до 95 000
человек, живших в округе
на 10−40 верст. Зарплату доктор получал от земства, а для населения медицинская помощь, как правило, была бесплатной.

Сто человек в день
Врачей на селе, особенно в первые годы становления земской медицины, катастрофически не хватало. Условия труда и быта были суровыми. Часто в одной и той же избе врачу приходилось и жить, и осматривать больных. А еще делать операции, принимать роды, спасать от дифтерии и кори умирающих детей. Приходилось ездить в непогоду, по бездорожью, ночами на вызовы.
Многие русские писатели, служившие земскими врачами, посвятили этому каторжному труду свои произведения. Вот, Викентий Вересаев в повести «Без дороги» пишет о поездках на вызовы к больным: «Прежде всего здоровьем нужно запастись бычачьим: промок под дождем, попал в полынью — выбирайся да поезжай дальше: ничего! Ветром обдует и обсушит, на постоялом дворе выпьешь водочки, и опять здоров».
Антон Чехов — о больничной обстановке, в повести «Палата № 6»: «В узком темном коридорчике сидят амбулаторные больные, ожидающие приемки. Мимо них, стуча сапогами по кирпичному полу, бегают мужики и сиделки, проходят тощие больные в халатах, проносят мертвецов и посуду с нечистотами, плачут дети, дует сквозной ветер».
Михаил Булгаков посвятил работе земского доктора цикл рассказов «Записки юного врача». Сам он год трудился врачом в деревне Никольское. Его первая жена Татьяна Лаппа вспоминала: «В первую же ночь, как мы приехали, Михаила к роженице вызвали… А муж этой женщины увидел Булгакова и говорит: „Смотри, если ты ее убьешь, я тебя зарежу“». В аттестации, выданной земством доктору Булгакову, значилось, что за год он принял 15 361 больного. Это более 40 в день, если работать без выходных. По воспоминаниям Булгакова, в иные дни прием доходил и до ста человек!

Прямая угроза вырождения нации
В XIX веке Россия страдала от эпидемий. Ежегодно от оспы, холеры, кори, тифа умирали более полумиллиона человек. Земские врачи оказались на передовой в борьбе с инфекциями. В 1890‑х около 60% врачей ежегодно умирали, заразившись от больных. В 1892‑м половина всех умерших земских докторов скончались от сыпного тифа.
В деревнях массово был распространен сифилис. Но до появления земских больниц об этом не было известно. Медицинские журналы писали, что если не принять срочных мер, ситуация приведет «к прямому вырождению населения».
В основном путь заражения был бытовым: в избах все члены семьи ели из одного чугунка, утирались одним полотенцем. Земским врачам, помимо лечения, приходилось заниматься просвещением деревенских жителей, борьбой с антисанитарией, профилактикой болезней.
Вместо благодарности суеверные крестьяне часто отвечали яростным сопротивлением медицине. Например, в деревнях, особенно старообрядческих, массово отказывались от вакцинации против оспы. Прививки считались «печатью антихриста». Народ верил, что от них могут вырасти рога и копыта — так как вакцинация делалась коровьей оспой.
Кадр из фильма «Морфий» (2008)
Кадр из фильма «Морфий» (2008).

Мазь из пациентов
Одной из самых трудных для земских врачей оказалась задача победить страх крестьян перед больницей. В глухих углах жители упорно верили, что в лечебницах пациентов «нарочно морят до смерти». Русский медик и этнограф Гавриил Попов в книге «Русская народно-бытовая медицина» привел примеры диких суеверий, широко распространенных в деревнях:
«Ложиться в больницы не следует, потому что лекарства их составляются из человеческого жира и, для добывания его, попавших в больницу доктора нарочно морят. Иногда являются чуть ли даже не свидетели, представляющие неопровержимые и совершенно убедительные доказательства этого.
 — Что же вы не отправили мать в больницу-то? — спрашивают в одном случае дочь умершей больной.
 — Да разве ж такую-то, как мать, можно в больницу отправлять? Ведь это на верную смерть… Покойница была женщина сырая да жирнящая. Ведь они, дохтура-то, сморили бы её ради жира. Мази-то свои они из человечьего жира делают: вот, как попадется им жирный кто, они его и уморят, а там жир из него на помады вытопят… Порошки они из человечьих костей толкут и перетирают, а кап­ли из крови наводят, да из желчи. Уж это нам доподлинно известно…
Иногда мужики сомневаются в пользе лекарства, представляя его действие самым примитивным образом. Доктор дает пить лекарство от головной боли — мужик не понимает: „Ну, зачем он пить дал, когда голова болит? Надо что-нибудь к голове, а это в животе останется“. При головной боли фельдшер велит горчичники приставить к ногам — мужик опять недоумевает: „Голова болит, а он к ногам велит становить, какой же тут будет толк, прости Бог греха?“. Наблюдаются десятки случаев, когда больные, получив от врача лекарство на неделю, выпивают его в два-три приема или сразу, в надежде, что, таким образом, они скорее „проймут хворь“».
Максим Дмитриев. «В земской больнице» (1892).
Максим Дмитриев. «В земской больнице» (1892)
Умереть молодым

Проанализировав материалы первой переписи населения Российской империи, проведенной в 1897 году, и данные об умерших, основоположник санитарной статистики в России бывший земский врач Пётр Куркин посчитал, что средняя продолжительность жизни мужчин в европейской части страны составляла всего лишь 29 лет, для женщин — 31. Так, в медицинском свидетельстве о смерти можно было найти запись о том, что «девица 39 лет умерла от престарелости». Среди наиболее частых причин смерти назывались дифтерия и кишечные инфекции.


Бесплатные путевки
Затраты земств на здравоохранение с каждым годом росли. Если в 1871‑м расходовалось 4,5 копейки на душу населения, то в 1904‑м — уже 56 копеек. В 1912‑м из 181 миллиона рублей, потраченных на народное здравие, 65 миллионов пришлись на счет земств.
Оснащение земских больниц почти достигло городского уровня. Участковые врачи в среднем обслуживали участок радиусом в 17 верст, где проживали 28 тысяч человек (а не 95 тысяч, как в первые годы земства).
Больным даже стали выдавать бесплатные путевки в санатории! В архивных документах сохранились записи о том, как депутат Тихвинского уездного земства в 1903 году ходатайствовал о «предоставлении со стороны государства 5‑и бесплатных вакансий для лечения на минеральных водах в Старой Руссе для беднейшего населения».
Врачебный бум

613 земских врачей было в России в 1870 году. К 1910 году их количество увеличилось до 3100 человек.

Пирамида Семашко

Русский врач и большевик Николай Семашко известен тем, что после революции создал в стране первую в мире государственно-централизованную систему здравоохранения, которую стали называть «системой Семашко».
Ее отличительные признаки:
сеть взрослых и детских поликлиник, к которым граждане прикреплены по месту жительства; медсанчасти на предприятиях; профилактика болезней; вакцинация населения. Система позволила стране справиться с эпидемиями, открыть новые медицинские училища и институты, наладить выпуск лекарств, увеличить продолжительность жизни. Во многих странах мира — Великобритании, Швеции, Дании, Италии — при устройстве общественного здравоохранения взяли за образец систему Семашко. Но у нее нашлись и минусы. Среди них:
отсутствие у пациентов права выбора медучреждения и врача, что делало невозможным конкуренцию; недостаток финансирования, вызвавший со временем отставание от развитых стран в современных методах лечения; бесплатность и низкое качество медпомощи породили нелегальную частную врачебную практику; низкая эффективность медпомощи. Количество посещений врача на душу населения в СССР было в 2,5 раза выше, чем в Европе.
Николай Семашко
Николай Семашко
Автор Елена РОТКЕВИЧ

Подписывайтесь на нас!