Top.Mail.Ru
Ваш тайный советник
Судьбы

Адмирал Макаров предчувствовал свою гибель

Адмирал Степан Макаров
Адмирал Макаров вошел в историю как талант­ливый флотоводец. Но в первую очередь это ученый и изобретатель, сделавший много открытий. При этом, несмотря на всероссийскую известность и адмиральский чин, он иногда не знал, у кого взять в долг денег до выплаты жалования...


Борец за непотопляемость

Степан Макаров, сын прапорщика, еще в 13 лет, кадетом Николаевского морского училища, начал плаванье на кораблях Сибирской флотилии, а затем Тихоокеанской эскадры. С 17 лет был гардемарином на военных кораблях, а в 1869‑м 20‑летнего юношу произвели в мичманы и откомандировали на броненосную лодку «Русалка». Уже в одном из первых походов та чуть не затонула, получив в шхерах пробоину от удара о скалу.

Этот случай побудил молодого мичмана изучить причины аварий других кораблей. Макаров сделал вывод о несоответствии боевой мощи кораблей и их «живучести», выполнил расчеты и представил руководству идеи технических устройств для повышения непотопляемости судов, в том числе свое изобретение — специальный пластырь для заделки пробоин, который позже назвали «макаровским».

Другие его, более радикальные, идеи — в том числе и выравнивание корабля затоплением неповрежденных отделений — Морской технический комитет расценил как плоды молодой горячности и не принял к сведению. Лишь через 35 лет была осознана необходимость этой меры, но до реализации своей задумки Степан Макаров не дожил.

Исследования о повышении живучести корабля стали началом длинного пути: с тех пор, на каком бы судне и в какой бы должности ни находился Макаров (из мичмана к 32 годам выросший до контр-адмирала), он везде занимался научными изысканиями и внедрением новых идей в мореходство. Во время Русско-турецкой войны 1877–78 годов ему с большим трудом, но все же удалось «протолкнуть» идею создания быстроходных пароходов, снабженных подъемными минными катерами. Их можно было опускать в воду ночью в районе обнаружения противника, а после атаки поднимать обратно на палубу. Эта мера дала более слабому на тот момент российскому Черноморскому флоту преимущество перед турецким. Будучи командиром парохода «Тамань», Макаров исследовал течения Черного и Средиземного морей, за что был награжден премией Академии наук.

Обложка книги Степана Макарова «Ермак во льдах» (1901)
Обложка книги Степана Макарова «Ермак во льдах» (1901)

Жена, дети, долги

Курсируя между Черным и Средиземным морями, Макаров сделал и «сердечное» открытие: его пароход, перевозивший гражданских пассажиров, принял на борт 19‑летнюю Капитолину Якимовскую — родовитую дворянку, дочь капитана 1‑го ранга, большую часть жизни прожившую за границей. 30‑летний Степан Макаров влюбился и к концу рейса предложил девушке руку и сердце. Через год они поженились.

Семья многое значила для Макарова, хотя он по-прежнему большую часть времени проводил в море и молодую жену мог не видеть месяцами. Капитолина родила ему троих детей (старшая дочь Ольга умерла ребенком, дочь Александра и сын Вадим прожили долгую жизнь). Но о самой Капи­то­лине Николаевне ходили не вполне лицеприятные слухи: пока Степан Осипович отсутствовал, она не отказывала себе в удовольствиях, будь то дорогие наряды, балы или внимание мужчин. Сохранилась даже любовная переписка жены Макарова с неким адмиралом, чья фамилия умалчивается.

Но, судя по всему, возможные адюльтеры жены волновали Макарова меньше ее огромных долгов. В письмах к ней он (к тому времени уже будучи адмиралом, известным в России человеком) часто обращался к этой теме: «Слава богу, долги наши к июлю будут уплачены. Я со своей стороны тоже буду откладывать сколько можно, и бог даст, по возвращении жизнь наша так сложится, что мне не придется, высунув язык, бегать по городу и искать 25 рублей».

Бесчисленные изобретения Макарова могли бы принести ему дополнительный доход, но до получения патентов у флотоводца, видимо, не доходили руки. Так, секрет «макаровских колпаков» из мягкой стали, намного увеличивающих пробивную силу бронебойных снарядов, быстро раскрыли и стали активно использовать за границей. Макаров также изобрел семафорную азбуку, проектировал первые корабли-миноносцы и был прозван за свои изобретения «неугомонным русским гением».

Капитолина Макарова на костюмированном балу
Капитолина Макарова на костюмированном балу


Арктическая эпопея

Отдельной страницей в жизни адмирала стало создание мощного ледокола, которого в мире еще не существовало. Достичь Северного полюса тогда пытались с помощью естественного дрейфа льдов и арктических течений. Проект ледокола «Ермак», разработанный Макаровым в 1897 году, вызвал много споров и возражений, в том числе в министерстве финансов. В пользу строительства дорогостоящего ледокола высказался знаменитый химик Дмитрий Менделеев, после чего решение о его создании было все-таки принято.

За постройкой корабля Макаров наблюдал лично. Весной 1899‑го ледокол пришел в Кронштадт, легко преодолев тяжелые весенние льды Финского залива. Но на этом его достижения закончились. «Ермак» трижды предпринимал попытки покорить Арктику и трижды терпел неудачи. В первом походе, начавшемся 29 мая 1899 года, корабль дал течь в корпусе и вернулся в Кронштадт. В июле, при второй попытке, получил пробоину и зашел на ремонт в Англию. Через два года была предпринята третья попытка. Ледокол вместе с Макаровым, который вызвался быть начальником экспедиции, вышел из Кронштадта и дошел до Новой Земли. Но обойти архипелаг с севера, как было задумано, из-за тяжелых льдов не удалось. В сентябре судно опять вернулось в док. «Ермак» передали отделу торгового мореплавания, и он продолжал курсировать лишь по Балтийскому морю. Попытки освоить Северный морской путь были надолго оставлены.


Любовь Румянцева




Интересный факт




Предчувствовал гибель
Трагическая смерть адмирала Макарова на броненосце «Петропавловск», подорвавшемся на мине во время Русско-японской войны, стала ударом для России. Горевали даже в Японии: японские моряки надели после гибели «Петропавловска» черные ленты на рукава. Адмирал прибыл в Порт-Артур по приказу Николая II, надеявшегося с помощью военного гения Макарова переломить ход войны. Тот принял командование Тихоокеанской эскадрой 7 марта 1904 года и за три недели — до своей гибели — успел организовать шесть ее выходов в море. По иронии судьбы, японцы победили Макарова его же оружием — минами. 31 марта рано утром, в погоне за якобы «отставшими» японскими крейсерами (на самом деле те заманивали русскую эскадру на заминированный участок моря), флагман «Петропавловск» подорвался. Мгновенно погиб сам адмирал Макаров, а также художник Василий Верещагин, попросившийся на капитанский мостик, чтобы поучаствовать в погоне за японскими кораблями. Повезло великому князю Константину — его выбросило взрывной волной за борт и он остался жив. Всего погибло 635 человек. Перед внезапной смертью адмирала одолевали дурные предчувствия. Вот что он написал 12‑летнему сыну Вадиму за несколько дней до гибели: «Душа моя в смятении, чего я никогда не испытывал. Начинаю уже чего-то улавливать, но смутно пока… Вот такое у меня настроение, сынок. Но знаешь об этом пока ты один. Молчи, как положено мужчине, но запомни».

Изображение гибели броненосца «Петропавловск» в журнале La Petit
Изображение гибели броненосца «Петропавловск» в журнале La Petit