Top.Mail.Ru
Тайны пищевой промышленности Ленинграда. Чем отличались продукты советского времени от сегодняшних.
Как ленинградцы питались в «годы застоя» и почему петербуржцы смогли выжить в «лихие 90-е». Читайте новый лонгрид нашего автора!
Close
Мы используем файлы cookie для того чтобы вам было приятнее находиться на нашем сайте
Понятно
Close

Русский сын Шамиля

Имам сажал его в яму, чтобы вытравить «русский дух»

Русский сын Шамиля

Имам сажал его в яму, чтобы вытравить «русский дух»
имам Шамиль и сын Джамалуддин
Имам Шамиль (слева) и его сын Джамалуддин
имам Шамиль и сын Джамалуддин
Имам Шамиль (слева) и его сын Джамалуддин
Судьба сыновей — расплата за жизнь отцов. В этом смысле судьба сыновей имама Шамиля, самого успешного предводителя горцев в Кавказской войне, показательна. Один из его сыновей стал турецким генералом, другой — российским. А старший, Джамалуддин, душой и сердцем стремился в Россию, но вынужден был жить с отцом и умереть в горах, не дожив до 30 лет.

Спасся, благодаря сыну

В 1839 году, когда Джамалуддину было 9 лет, он спас своего отца. И, возможно, если бы не он, Кавказская война могла бы закончиться именно тогда — в 1839-м. В июне Шамиль был окружен русскими войсками в ауле Ахульго. Кольцо осады сжималось. В конце июля Шамилю пришлось вступить в переговоры. Командир русского отряда генерал Граббе потребовал от Шамиля полной капитуляции и выдачи сына в качестве аманата (заложника). Имам не соглашался, предлагал вместо сына других родственников. Тянул время, продолжая возводить укрепления. Граббе возобновил боевые действия и 17 августа, когда положение стало уже совсем безнадежным, Шамиль выбросил белый флаг и прислал в русский лагерь Джамалуддина. Чтобы перевести дух и выиграть время для обороняющихся. А следом и письмо о вступлении в русское подданство. Граббе настаивал, чтобы Шамиль сам явился к нему. Дал три дня на размышление, и не дождавшись ответа, предпринял решающий штурм. В ходе которого погибли второй, грудной сын Шамиля и его жена. Но сам имам вместе с семилетним сыном Гази-Мухаммадом ускользнул, возможно, благодаря постоянным переговорам и отсрочкам. Вскоре он поднял восстание в Чечне.
Франц Рубо «Штурм аула Ахульго», 1888
«Штурм аула Ахульго»
Франц Рубо (1888 год)

Сорванная свадьба

Джамалуддина доставили в Петербург. Царь Николай I стал его личным опекуном. Его отдали в кадетский корпус. Мальчик был бойким и смышленым. Быстро выучил не только русский язык, но и французский с немецким. Ему очень нравилась математика. Он мечтал стать ученым. По окончании кадетского корпуса Джамалуддин получил назначение в уланский полк, расквартированный в Торжке. Там он встретил первую любовь — Елизавету Оленину, дочь генерала, участника Отечественной войны 1812 года, генерал-майора Петра Оленина. Дело шло к свадьбе, на которой Николай I собирался быть посаженным отцом. Джамалуддин намеревался принять христианство. Шамиль не мог этого допустить…

Имам неоднократно предпринимал попытки обменять наследника на кого-либо из высокопоставленных пленных, но неизменно получал отказ. В июле 1854 года он с повзрослевшим сыном Гази-Мухаммадом совершил рейд в Грузию, где смог захватить вип-заложников — жен князей Чавчавадзе и Орбелиани. Обе были фрейлинами императрицы и внучками последнего грузинского царя Георгия XII. Вместе с ними в плену оказались их малолетние дети.

В обмен на них Шамиль потребовал вернуть сына. На этот раз Николай I уступил. Но требовалось еще согласие самого Джамалуддина. Он колебался. Но Шамиль предупредил, что отречется от сына, если тот откажется. Перед отъездом на Кавказ, Джамалуддина принял Николай I.

Обмен был назначен на 10 марта 1855 года на границе между Дагестаном и Чечней. Джамалуддин вез с собой из вещей только книги и атласы. Его встречал цвет горского войска во главе с отцом. Когда он переправился через реку, братья Гази-Мухаммад и Мухаммад-Шапи подвели ему белого коня, переодели в черкеску, а его прежнюю форму перекинули через реку на русскую сторону. Шамиль был растроган.
Имам Шамиль с сыновьями
Имам Шамиль (центре) с сыновьями Гази-Мухаммадом (слева) и Мухаммадом-Шапи (справа)

Чужой среди своих

Шамиль рассчитывал, что сын, получивший хорошее образование, принесет много пользы государству горцев — имамату. Вот только их взгляды на то, какой должна быть эта польза, все больше расходились. Джамалуддин хотел заниматься наукой, перевести Коран на аварский язык, хотел стать посредником-миротворцем между отцом и Россией. И, какое-то время, казалось, что его усилия приносят плоды. Активные боевые действия прекратились, участились обмены пленными. Но связей и влияния Джамалуддина не хватало. Его покровитель Николай I умер, на Кавказ через несколько месяцев прибыл новый наместник князь Барятинский с намерением одержать окончательную победу над Шамилем. И пророссийски настроенный Джамалуддин со своим миротворчеством стал вызывать раздражение отца, братьев и многих горцев. Шамиль даже сажал сына в яму, чтобы выбить из него эту дурь. Вдобавок Джамалуддин продолжал тосковать по своей несостоявшейся невесте Елизавете Олениной, пытался писать ей письма. Он уже жалел, что приехал в горы к отцу.

Между тем на Кавказе проходил службу брат Елизаветы Алексей. Джамалуддин вышел с ним на связь, передавал записки, написанные по-французски, просил о тайной встрече. Но когда Алексей Оленин уже подъезжал к назначенному месту, его встретил посланник Джамалуддина и предупредил, что Шамилю стало обо всем известно, и Оленина впереди ждет засада… Встреча не состоялась.

Шамиль женил сына на дочери одного из своих наибов. Но и это не пошло сыну на пользу. На фоне депрессии он похудел, осунулся и заметно сдал, у него стала развиваться какая-то грудная болезнь. Шамиль отправил его в горную местность, известную целебным климатом. Но улучшений не наступило. Джамалуддин никого не хотел видеть, отказывался принимать лекарства. Лишь читал российские газеты, которые ему специально доставляли. Шамиль обратился к Барятинскому с просьбой прислать к сыну русского доктора в обмен на несколько своих мюридов-заложников. Прибывший врач, осмотрев Джамалуддина, констатировал у того чахотку и упадок сил. По его мнению, болезнь была уже неизлечима.

Джамалуддин умер в июне 1858 года. Ему не было и 30 лет. А через год в августе 1859-го Шамиль, окруженный в ауле Гуниб, капитулировал и вместе с сыновьями был взят в плен.
 «Пленный Шамиль перед главнокомандующим князем А. И. Барятинским 25 августа 1859 года», Теодор Горшельт, 1863 год
«Пленный Шамиль перед главнокомандующим князем А. И. Барятинским
25 августа 1859 года».
Теодор Горшельт, 1863 год
Его с почестями доставили в Петербург. Александр II подарил ему золотую саблю. Шамиль жил вместе с семейством в Калуге. Он и сыновья принесли клятву на верность России. Шамиль был почетным гостем на свадьбе наследника престола, будущего царя Александра III, где публично объявил, что хотел бы родиться во второй раз, чтобы посвятить жизнь белому царю, благодеяниями которого теперь пользуется. То есть Шамиль начал жить той самой жизнью, в которой отказал своему старшему сыну Джамалуддину.
Имам Шамиль с сыновьями после принесения присяги на верноподданство России
Имам Шамиль с сыновьями после принесения присяги на верноподданство России
В конце жизни он уехал на паломничество в Мекку, умер в Медине… Его средний сын Гази-Мухаммад, выхлопотав у Александра II 15 тысяч рублей пенсии для помощи семье Шамиля, осевшей в Турции, нарушил присягу царю и в Россию больше не вернулся, стал турецким генералом. Воевал против России в Русско-турецкую войну, тщетно пытался поднять новое восстание на Кавказе. Младший сын Шамиля, Мухаммад-Шапи (тот самый, кто выбрасывал через реку русскую форму брата Джамалуддина), стал русским генералом, служил в императорском конвое. И, должно быть, не раз, надевая мундир, вспоминал, как выбрасывал через реку русскую форму брата Джамалуттдина…

Судьба сыновей — расплата за жизнь отцов.
Автор Владлен Чертинов
Автор Владлен Чертинов

Подписывайтесь на нас!