Top.Mail.Ru
Тайны пищевой промышленности Ленинграда. Чем отличались продукты советского времени от сегодняшних.
Как ленинградцы питались в «годы застоя» и почему петербуржцы смогли выжить в «лихие 90-е». Читайте новый лонгрид нашего автора!
Close
Мы используем файлы cookie для того чтобы вам было приятнее находиться на нашем сайте
Понятно
Close
Ваш тайный советник
Интервью

Неумеренно жаркий климат

Лето в Петербурге не задалось, и тем не менее климат последних 30 лет — самый теплый за всю историю человечества. Правда, это потепление может привести к большим проблемам. Известный российский климатолог, автор книги «Климат: непрочитанная глава истории» Владимир Клименко выстроил хронологию климатических изменений на Земле за последние 7 тысяч лет и сравнил ее с главными событиями мировой истории. Оказалось, что в эпоху хорошего климата чаще случались войны и распадались империи. Владимир Клименко рассказал «ТС», что из-за потепления в ближайшее время нам стоит ждать очередного великого переселения народов. И многие климатические беженцы хлынут именно в Россию.


«В эпохи благодатные души людские глухи»



— Давайте начнем с глобального похолодания. Что происходило в мире в «холодные» времена?

— Все без исключения выдающиеся культурные и технологические прорывы в истории первых цивилизаций были связаны именно с ухудшением локальных климатических условий. Например, так называемое осевое время — 800−300 годы до нашей эры — было ни на что не похожей эпохой взлета человеческого интеллекта и духовности. Это время математики Пифагора, философов Платона и Аристотеля, создателей религий буддизма (Сиддхартха Гаутама), зороастризма (Заратуштра), великих мыслителей Лао-цзы и Конфу­ция. Именно тогда варварские Центральная и Западная Европа узнали технику изготовления железных орудий, а в Мексике впервые возникла иероглифическая письменность. При этом «осевое время» — эпоха самого сильного похолодания за предшествовавшие ему пять тысяч лет. На дошедших до наших дней глиняных табличках остались удивительные свидетельства о суровых зимах с обильными снегопадами, которые случались в 700‑е годы до нашей эры на территории турецкого и иракского Курдистана и даже в Палестине. В Китае замерзала могучая река Янцзы, а в Италии греческие колонисты не могли вырастить ни оливок, ни винограда из-за невыносимых холодов. И все же в завершающей фазе этого похолодания, наступившей сразу после 350 года до нашей эры, в Египте создается самая большая в то время Александрийская библиотека, строится одно из «семи чудес света» — Форосский маяк, а Ки­тай переживает великую эпоху философской и научной мысли.

— Ухудшение климата как-то влияло на политику государств?

— Этот фактор, судя по всему, способствует консолидации народов и стран. Например, похолодание XV века — а ведь это время начала Малого ледникового периода — совпало с собиранием русских земель вокруг Москвы. По словам Карла Маркса именно тогда «…изумленная Европа, в начале царствования Ивана (Иван III. — Ред.) едва замечавшая существование Московии, стиснутой где-то между татарами и литовцами, была поражена внезапным появлением на ее восточных границах огромного государства, и сам султан Баязид (гроза Вене­ции, покоритель Молдовы и Мо­реи. — Ред.), перед которым трепетала вся Европа, впервые услышал высокомерные речи московита».

В Европе тот же XV век — эпоха Возрождения — стал беспрецедентным по числу жестоких холодов, катастрофических неурожаев, массового голода. И тем не менее именно тогда после длительных кровавых войн и внутренних междоусобиц Англия и Франция превратились в сильные централизованные государства. Судя по всему, в период ухудшения климата возрастает и количество эпохальных военных кампаний. Например, в самом начале XIII века на фоне очень резкого глобального похолодания в степях Вос­точ­ной и Центральной Монголии возникает Великое монгольское государство. Именно в XIII веке начинается завоевание Азии Чин­гисханом и вторжение монголов на Русь. И, кстати, раз уж мы говорим о военных кампаниях, то все без исключения великие оборонительные сооружения древности, в том числе Великая Китайская стена, Стена Адриана в Северной Англии, Дербентская стена в Дагестане, Траянов вал в Румынии и Молдавии, были воздвигнуты именно в эпохи больших и малых похолоданий.

— Можно ли предположить, что улучшение климата приводит к противоположным результатам — разрушению государств, духовной деградации?

— К сожалению, история человечества представляет собой почти беспрерывную цепь внутренних конфликтов, восстаний, мятежей. Очевидно, что причины этого настолько разнообразны, что по­пытка отыскать в них климатический фактор, на первый взгляд, выглядит весьма наивной. И тем не менее я хочу привести вам такие цифры: большая часть эпохи Средневековья — а именно 60 процентов его длительности — представляла собой преимущественно холодный период, но вот на оставшиеся 40 процентов благоприятного климата в Европе приходится почти 65 процентов восстаний, народных волнений. То есть в теплое время «бунтарская активность» почти в 2,5 раза превосходит обычную! В 1900 году, когда климат был гораздо суровее, чем сейчас, в мире насчитывалось всего лишь 52 независимых государства. Теперь их — около 200! Получается, что если в эпохи локального ухудшения климата доминирующими оказываются тенденции к объединению народов, обострению человеческого интеллекта, то улучшение природных условий приводит к развитию противоположных тенденций. И это логично. Ведь когда холодно и тоскливо, люди объединяются, стараются держаться вместе, чтобы выжить. Великий историк и философ Арнольд Джозеф Тойнби, с которым мне посчастливилось в одно время работать в Оксфорде, однажды сказал: «В эпохи благодатные души людские глухи к зову духа. Но они улавливают даже самый слабый шепот его, когда суетные мирские дела заканчиваются катастрофой». 
Малый ледниковый период — так называется эпоха глобального похолодания на Земле в течение XIV–XIX веков.
Малый ледниковый период — так называется эпоха глобального похолодания на Земле в течение XIV—XIX вв.еков. Иллюстрация: Питер Брейгель старший «Охотники на снегу» (1565)



Руси закон не писан


— Сейчас наш климат насколько мягкий по сравнению с предыдущими эпохами?

— Климат, в котором мы сейчас живем, бесспорно, самый теплый за последние как минимум 3,5 тысячи лет. А тот климат, который установится на Земле уже через полвека, будет самым теплым, по крайней мере за 400 тысяч лет. Если говорить о России, то только за прошедшие 100 лет среднегодовая температура у нас уже поднялась на 1,5−2 градуса. Казалось бы, немного… Но знаете, в конце XIX века июньские снегопады были практически нормой для европейской части России. Более того, снег летом выпадал даже в Киевской губернии! Читая Достоевского, я часто обращал внимание, что его герои ходят летом по Петер­бургу в пальто… Более того, в «Братьях Карама­зо­вых» в одном эпизоде (речь там идет о первых числах ноября) автор упоминает, что мороз стоял минус 10 градусов. И по контексту видно, что это не экстремальное явление, а вполне обычное. При этом надо еще учитывать, что во второй половине XIX века температуру в России мерили в градусах Реомюра, а не Цельсия. И 10 градусов мороза, о которых писал Достоевский, — это на самом деле минус 12,5°C.

Но особенно мне нравится один эпизод у Владимира Гиляровского, где он описывает, как первый раз в жизни приехал в Москву. Это было 19 октября 1876 года. Он сошел с поезда на площади трех вокзалов и, направляясь к извозчику, перелез со всеми своими баулами через большой сугроб. Гиля­ровский пишет об этом совершенно спокойно: подумаешь, сугробы в октябре.

Могу привести и еще один пример, но уже из XV века. Я уверен, что вы никогда не видели в ноябре прочного льда на Финс­ком заливе. Так вот, в конце осени 1495 года конница Ивана III штурмовала Выборгскую крепость со стороны моря. И в это время лед на Финском заливе был настолько прочен, что выдерживал тяжесть большой армии! Для сравнения: одна из самых холодных зим ХХ века пришлась на 1939−1940 годы, но даже тогда льда на заливе в ноябре не было. 

илларион прянишников «В 1812 году», фрагмент (1874).
Морозы в октябре 1812 года застали отступавшую армию Наполеона в Смоленске. Французы массово обмораживали конечности и замерзали насмерть. Иллюстрация: Илларион Прянишников «В 1812 году», фрагмент (1874).


— Если верить вашей теории, в будущем из-за глобального потепления наш мир могут ждать большие потрясения?

— Когда мне задают этот вопрос, я говорю: смотрите, что случалось в похожие периоды в прошлом. Но поскольку нынешнее потепление — рекордное в истории человечества, интенсивность процессов, о которых я говорил, скорее всего, будет нарастать. И, в принципе, мы это и видим сейчас по последним мировым событиям. Выход Британии из ЕС. Круп­ней­шее государство Африки — Судан — в 2011 году разделилось на две части: Южный и Север­ный.

Я бы сказал, что все эти события не противоречат моей концепции. Согласно американским исследованиям, за последние 5 тысяч лет в мире существовало 63 больших государства-империи площадью более миллиона квадратных километров. Я проанализировал хронологию развития этих империй, и оказалось, что 55 из них достигли максимума своего расширения именно в климатически неблагоприятные периоды. Есть только восемь исключений из этого правила, и в числе их Киевская Русь, которая по странному стечению обстоятельств максимально расширилась в эпоху благоприятного климата…



Средняя Азия сидит на чемоданах



— Сейчас в мире остро стоит проблема беженцев. Может ли потепление привести к тому, что количество людей, желающих перебраться, например, из Афри­ки или Ближнего Востока в более «прохладные» Европу и Россию увеличится в разы?

— Уже более трех миллионов бе­женцев достигли Европы. Их всех у нас традиционно связывают с военными конфликтами. Изви­ните, но, например, в Кении, Эфи­о­пии, Эритрее или Чаде сейчас не воюют, но люди все равно оттуда бегут. Это климатические беженцы, они ищут спасения от вековой засухи, поразившей огромные пространства Африки, их уже сотни тысяч. А будет еще больше.

— Кстати, ливийский лидер Муаммар Каддафи понимал это и годами сдерживал поток африканских беженцев в Европу. Сейчас его нет, и граница больше «не на замке»…

— Это так. При Каддафи Ливия была довольно сильным государством, а потому взрывоопасная южная граница с Чадом весьма неплохо охранялась. Сейчас власть правительства Триполи на эти регионы больше не распространяется, и те беженцы, которые захотят пробиваться в Европу через Ливию, конечно, выберут этот маршрут.

— Они все пойдут в Европу, или Рос­­сия им тоже может быть интересна?

— Африканские беженцы вряд ли дойдут до нас, Россия для них да­ле­ко. А вот для жителей ряда государств Центральной Азии наша страна является вожделенной землей. В Турк­мении, Таджи­кис­тане, Кыр­гызстане, довольно быстро растет температура, резко сокращаются горные ледники, снижается увлажненность, растет дефицит воды. И все это происходит на фоне значительного роста населения. Слишком много людей, мало земли и воды. Ничего удивительного, что образуется довольно взрывоопасный слой людей, которые стремятся покинуть свою страну.

Это интересно


Супервулкан охладит Землю

Эдвард Мунк «Крик» (1893)
Одним из крупнейших в истории стало извержение вулкана Кракатау в 1883 году. В атмосферу было выброшено столько пепла, что солнечный свет с трудом проникал на землю, а закаты по всему миру стали огненными. Иллюстрация: Эдвард Мунк «Крик» (1893)


Глобальное потепление может смениться похолоданием. Причиной тому — извержение супервулкана. Самые мощные вулканы находятся в так называемом Тихооке­анс­ком огненном кольце. Есть опасные места в Германии (вулканический массив Айфель) и в Италии (Флегрейские лавовые поля в районе Неаполя). Если произойдет извержение этих вулканов, подобное тем, что случились тысячи лет назад, от Германии и Италии мало что ос­та­нется, а в России существенно упадет температура. Так, извержение вулкана Уайнапутина в Перу в 1600 году привело к тому, что в Московии несколько лет подряд были летние заморозки, а снег шел даже в августе. В результате катастрофического неурожая и голода погибли миллионы человек и рухнул режим Бориса Годунова. «Россия настолько велика, что при любом типе глобальных климатических изменений в стране обязательно найдутся относительно благополучные места, — уверен Владимир Клименко. — Эмигрировать не придется. Разве что переезжать из одной части страны в другую».